Журнал для тех, кто любит Москву
Журнал выпускается совместно с Комитетом по культурному наследию г. Москва
Мы пишем летопись столицы!
   •    непридуманная история

ГЕНИАЛЬНАЯ СОБАКА С ВУЛЬГАРНОЙ КЛИЧКОЙ

четвероногий Пинкертон на службе московской полиции

Способностью собак взять след человека по запаху пользовались еще древние египтяне, искавшие таким образом беглых рабов. Однако использовать «друзей человека» для розыска уголовных преступников додумались лишь на рубеже XIX—XX веков – практически одновременно в большинстве развитых стран, не исключая и Россию. В Москве первенцем розыскной службы был доберман Треф, участвовавший в поимке многих опасных преступников и прославившийся благодаря бойким перьям тогдашних журналистов. Наступивший Год Собаки дает хороший повод вспомнить те захватывающие истории, в которых легендарный четвероногий сыщик принимал самое активное участие.

КРИМИНАЛИСТ-НОВАТОР
Инициатором применения собак для розыска преступников в России в начале ХХ века стал блестящий теоретик и практик уголовного сыска Владимир Иванович Лебедев, в 1903 году возглавивший сыскное отделение московской полиции — предтечу легендарного МУРа. (К слову, до переезда в 1928 г. на Петровку, 38 Угрозыск размещался в доме № 3 по Большому Гнездниковскому переулку, унаследовав это здание от занимавшей его до марта 1917 г. Московской сыскной полиции).
Благодаря Лебедеву, следившему за тогдашними новинками зарубежной полицейской техники, в начале XX века в Москве, а затем во всех крупных городах России, задержанных полицией людей стали фотографировать и брать их отпечатки пальцев, а на преступников в розыске составляли словесные портреты единого образца. Тогда же внимание Лебедева привлек и западный опыт применения полицейских ищеек для розыска преступников по горячим следам…
Летом 1905 года Лебедев, получив должность чиновника по особым поручениям в Департаменте полиции МВД, провел свой отпуск в Германии и Бельгии, где ознакомился с тамошней системой подготовки полицейских собак. И в 1907 году в Риге и Петергофе появились первые питомники служебных собак. А осенью 1908 года было учреждено «Российское общество поощрения применения собак к сторожевой и полицейской службе».
Некоторое время спустя, на пустыре близ тогдашней питерской окраины Старая Деревня, был построен комплекс первой в России полицейской школы служебного собаководства и образцового питомника, торжественное открытие которых состоялось 21 июня 1909 года. К 1 июля в Школу для прохождения 3-месячного курса прибыли первые 26 полицейских из крупных городов империи, где в 1908 году, вслед за Санкт-Петербургом и Москвой, были учреждены сыскные отделения. Собаки были доставлены из зарубежных, в основном немецких, питомников.
На испытаниях первой группы выпускников «Образцовой школы», состоявшихся 25 октября 1909 года, судейская коллегия единодушно отдала первое место околоточному надзирателю московской городской полиции Владимиру Дмитриеву и его четвероногому напарнику – родившемуся в Рижском питомнике 11-месячному доберман-пинчеру по кличке Треф, обладавшему особо острым чутьем.
Для начала Треф – некрупный коренастый кобель с короткой сильной головой и довольно длинной шерстью – показал свое умение искать преступника по следу. Злоумышленника изображал дворник, нанятый на другом конце города, а потому совершенно незнакомый собаке. За час до испытаний дворник прошел по питомнику, побродил по окрестностям и зашел в трактир в 2 км от места старта. Треф быстро взял след, привел людей к трактиру и нашел «преступника» среди многочисленных посетителей. Затем дворник выхватил револьвер и начал стрелять в Дмитриева холостыми патронами. Треф тут же прыгнул на «злоумышленника» и выбил из его рук оружие. В итоге Дмитриев получил звание «Учитель дрессировки собак» и серебряный кубок, а Треф — диплом сыскной собаки.

ПЕРВОЕ ГРОМКОЕ ДЕЛО
Уже в первый месяц работы в Москве Треф участвовал в раскрытии дела, которое принесло ему всероссийскую славу. 28 ноября 1909 года жители деревни Кузнецово, близ подмосковной станции Бронницы, нашли в одном из домов пролежавший там несколько дней окровавленный труп хозяина – 60-летнего одинокого богатого крестьянина Гришаева. Вызванные на место убийство чины уездной полиции узнали от соседей погибшего, что 23 ноября к нему на двор заходили трое нищих, найти которых так и не удалось.
В тот же день в Кузнецово московским пригородным поездом прибыл Дмитриев со своим «помощником» Трефом. Обнюхав дом Гришаева, Треф выскочил во двор и выкопал из навозной кучи окровавленную тряпку, которой убийцы вытирали руки. Взяв след по этой улике, Треф уверенно довел сыщиков до соседней деревни Малышево, где остановился у дома крестьянки Самоновой. Напуганная грозным видом пса, хозяйка тут же призналась, что в ночь после убийства у нее ночевали давние знакомые — известные на всю округу попрошайки братья Рябые и их спутница, некая Агафья. Местная полиция давно подозревала их в совершении ряда преступлений, однако никаких улик предъявить бродягам не могла.
Треф безошибочно взял след, прошел со своим проводником более 100 км, однако самих подозреваемых обнаружить не удалось. Их розыском занялись местные власти, а Дмитриев с Трефом вернулись в Москву.
Уже вечером 29 ноября урядник Богородского уезда (ныне Ногинский район МО) задержал в известной своими трактирами и ночлежными домами деревне Томилино под Люберцами Сашку Рябого и его спутницу Агафью. У них нашли вещи и деньги убитого ими Гришаева.
Когда эта история попала в газеты, Треф стал кумиром московской публики. 6 декабря 1909 года сотни зрителей пришли в Манеж, чтобы увидеть соревнования полицейских собак, где Треф опять-таки блеснул своими талантами: сперва он с большим грузом в зубах преодолел барьер высотой в 1,5 метра, а затем прошел через толпу по следу «вора», одетого в специальный костюм, настиг и задержал его в конторе выставки.

С ДЕНЬГАМИ В ЗУБАХ
В конце января 1910 года Треф и Дмитриев за один день раскрыли в Москве сразу две кражи в Николаевском сиротском женском училище (ныне дом № 14 по улице Солянка). Дерзкие воры ночью проникли в спальню квартировавшего при училище казначея Ореста Ивановича Емельянова и похитили немалую по тем временам сумму — 400 рублей (для сравнения: оклад полицейского Дмитриева составлял 50 рублей в месяц, а расходы на содержание Трефа – 10 рублей).
На этот раз Трефу потребовалось без малого семь часов, чтобы взять след: пиджак злополучного казначея уже побывал в руках многих доморощенных сыщиков, а по двору, который никто не додумался оцепить, постоянно сновали воспитанницы и служащие училища. Однако чутье не подвело четвероногого детектива и на этот раз. В итоге из каморки истопника Павла Жукова, прослужившего в училище 10 лет, были обнаружены украденные деньги, а также множество золотых и серебряных вещей. Сам Жуков, до смерти испугавшийся исходившегося лаем пса, сразу же признался не только в краже 400 рублей, но и в прошлых «грехах». Как выяснилось, он на протяжении семи лет промышлял воровством – и ни разу не был пойман.
Когда полицейские уже уезжали из училища, Треф, бегавший по двору, принес хозяину узелок с замусоленными купюрами. Оказалось, что эти деньги (70 рублей) накануне пропали у прачки Воспитательного дома. Видимо, вор увидел, как пес «раскрыл» кражу денег Емельянова, испугался, что вслед за Жуковым «чудо-собака» отыщет и похитителя денег прачки – и сам подкинул их назад. Пожалев горе-воришку, Дмитриев не стал пускать Трефа по его следам.

ПО СЛЕДАМ ТЕРРОРИСТОВ И …ВОЖДЯ ПРОЛЕТАРИАТА
После этих дел хвалебные очерки с портретами Дмитриева и Трефа появились во многих российских и даже в европейских газетах. Знаменитый московский журналист Влас Дорошевич писал тогда: «Герой дня – собака, которую по ошибке назвали вульгарным именем Треф. Его следовало бы назвать – Шерлок Холмс или Пинкертон. Гениальная собака».
О популярности Трефа свидетельствовал и такой факт. В 1911 году в 48 губерниях, 3 областях и 5 городах Российской империи на службе в полиции состояло 367 полицейских дрессировщиков и 629 собак: 341 овчарка, 243 добермана, 39 эрдельтерьеров. (Из них 300 проводников и 400 собак были подготовлены в «Образцовой школе» полиции в Санкт-Петербурге). Однако из всех них именно Треф был выбран для съемок в сохранившихся до наших дней учебных фильмах «Обучение собак сторожевой и сыскной службе» и «Испытания полицейских собак».
Тогда же, в 1911 году, таланты уникальной ищейки были использованы в борьбе с террористами. По запросу руководства политической полиции Дмитриев и Треф отправились в Брянск, где по подозрению в причастности к терроризму был арестован владелец бондарной мастерской по фамилии Малива. Обнюхав одежду и руки бондаря и его жены, ищейка побежала в их огород и стала рыть землю лапами в одном месте. На помощь Трефу пришли полицейские с лопатами, извлекшие из тайника смоленый бочонок со взрывчаткой и корпусами для нескольких бомб, а также паспорта на имя неких Купченко и Шестовой.
Позже выяснилось, что «бондарь Малива» на самом деле был матросом Купченко, сбежавшим с военного корабля во Владивостоке. Его супруга, в девичестве Шестова, тогда была известной в городе воровкой. Через нее Купченко-Малива познакомился с Филипповым – также матросом-дезертиром, а позже главарем банды, «наследившей» по всему Дальнему Востоку. Вскоре эта троица перебралась в Европейскую Россию, где примкнула к группе анархистов, занимавшейся грабежами-«эксами» в Орловской, Брянской и Калужской губерниях. Спасая свою жизнь от виселицы, грозившей ему за политический терроризм, Купченко сдал полиции главаря банды Филиппова и еще 35 подельщиков, на счету которых было в общей сложности 11 убийств и несколько десятков ограблений.
Летом 1917 года неразлучным напарникам Дмитриеву и Трефу вновь пришлось заняться «политикой» – их прикомандировали к группе контрразведчиков, искавших по подозрению в шпионаже на Германию лидера большевиков Ульянова-Ленина, скрывавшегося на берегу Финского залива. Можно гадать, как развивалась бы мировая история, если бы Трефу удалось поймать Ленина, но его розыски стали едва ли не единственной неудачей прославленной ищейки.
Удивительно, но и после Октябрьской революции 1917 года Треф-«Пинкертон» и его дрессировщик остались на службе в Московской рабоче-крестьянской милиции. Как писал потом в воспоминаниях управляющий делами первого правительства Советской республики – Совета народных комиссаров Владимир Бонч-Бруевич, в феврале 1919 года Дмитриев и Треф помогли московским чекистам и Угрозыску найти бандитов, напавших на автомобиль Ленина по дороге в Сокольники. После успешных розысков угнанной машины Ленин якобы лично принял Дмитриева и Трефа в Кремле, а затем так отозвался о них: «Собака умница, да и ее хозяин не дурак, но политик. Это ужасно…»

ПОТОМКИ И «НАСЛЕДНИКИ»
В годы Гражданской войны и беспрецедентного разгула уголовщины новые власти были вынуждены использовать Дмитриева, как и многих других старорежимных специалистов, честно служивших своей стране вне зависимости от ее государственного строя. Однако, по некоторым сведениям, в начале 1920-х гг. Дмитриева расстреляли на Лубянке как «агента мировой буржуазии». После его гибели Треф не смог работать с другими проводниками, и был использован как производитель.
В середине 1920-х гг. в МУРе служил сын Трефа доберман Бер, унаследовавший все таланты своего родителя. Только в 1926–1927 гг. он раскрыл 65 преступлений. До 1929 года большинство служебных собак в советской милиции составляли доберманы, среди которых наилучшие результаты в работе показывали как раз потомки Трефа. Однако с началом 1930-х гг. единственной породой милицейских собак-ищеек в СССР на многие годы стала немецкая овчарка. По отзывам знатоков, средний «немец», уступая доберману в уме, легче переносил российские морозы и годился для работы даже с начинающими проводниками.
В разные годы в МУРе работало немало выдающихся инструкторов-кинологов, достойно продолживших дело Дмитриева. Так, капитан Гетман воспитал ищейку Гету, отыскавшую украденные ценности на общую сумму в полмиллиона долларов по нынешним ценам. Другой питомец Гетмана по кличке Эрих участвовал в задержании восьми вооруженных бандитов и погиб в 1943 году при задержании девятого. До конца 1960-х гг. его чучело украшало музей столичной милиции.
Десятки преступлений раскрыли в 1950-60-х гг. инструкторы-кинологи Петр Терновский с овчаркой по кличке Фрам, Михаил Петухов и его Байкал, Алексей Емец с Майком и Акбаром. К слову, Байкал, неоднократно побеждавший на соревнованиях служебно-розыскных собак МВД СССР, сыграл сам себя в кинофильме «Дело пестрых» режиссера Николая Досталя. А Акбар, преследуя бандитов в Бирюлеве, шел по их следу 11 км — так, что у воспитавшего его ветерана розыска Емца не хватило сил на всю дистанцию. Тогда он привязал 5-метровый поводок-лонжу к переднему бамперу милицейского «газика», и Акбар буквально дотащил шедшую на второй скорости машину до логова бандитов.
Сегодня на службе в московской милиции состоят несколько тысяч собак разных пород и специальностей: кавказские овчарки и черные терьеры; безобидные с виду, но обладающие чрезвычайно острым нюхом на спрятанные наркотики и взрывчатку спаниели и лабрадоры; стремительные помощники патрульно-постовой службы – ротвейлеры и ризеншнауцеры. И, разумеется, немецкие овчарки и доберманы.
Ежегодно четвероногие помощники московской милиции вместе со своими проводниками раскрывают в столице больше тысячи преступлений. Так что дело Владимира Лебедева, Владимира Дмитриева и Трефа по-прежнему находится в надежных руках. И лапах.

Максим ТОКАРЕВ

№ 1-2, 2006 г.

№ 1-2, 2006 г.

В ГОРЯЧКЕ ХОЛОДНОЙ ЗИМЫ
подробнее...

ВСТРОИТЬСЯ В СИСТЕМУ
 подробнее...

НОВАЯ ЖИЗНЬ ОРУЖЕЙНОЙ ПАЛАТЫ
 подробнее...

БОЛЬШАЯ ИСТОРИЯ БОЛЬШОГО ТЕАТРА
 подробнее...

ЗАБЫТЫЙ САМОРОДОК
  подробнее...

АЛЕКСАНДР СТРАЖНИКОВ: "ОБИЖАТЬ МОСКВИЧЕЙ МЫ НИКОМУ НЕ ПОЗВОЛИМ"
 подробнее...

УЧЕТ И КОНТРОЛЬ ПО-КАПИТАЛИСТИЧЕСКИ
подробнее...

ЭВОЛЮЦИЯ ВОДОМЕРА
подробнее...

КТО ОСТАНОВИТ БЕСПРЕДЕЛ
подробнее...

ВЛАДИМИР ЭТУШ: КАВКАЗСКИЙ ПЛЕННИК НАВСЕГДА
подробнее...

ГЕНИАЛЬНАЯ СОБАКА С ВУЛЬГАРНОЙ КЛИЧКОЙ
подробнее...

Copyright © 2006 Москва и москвичи. All rights reserved.